Хинное дерево

О, древо славное! Как этот дар велик! Не меньше золота он славит Солнца лик.

Лафонтен в 1682 году посвятил хинному дереву поэму «Кинкина»:

Сей бог (Феб), сочувствуя страданиям людским,
Лекарство ниспослал, придуманное им.
То – древа хинного кора, то – панацея
От лихорадки злой. Но – странная затея –
За океаном Феб то древо поместил,
Чтоб путь к спасению опасен, труден был,
А может он хотел, чтобы корою хины
Лечились лишь в стране, где жители невинны?..
Но в чем особенность чудесной силы сей?
То – горечь терпкая: она всего важней,
…лекарства нового, то главный элемент!
Он убивает в нас злокозненный фермент…
…Вот хины дерево, так пользуйтесь же им…

С хинным деревом связано немало историй и легенд.

Карл Линей в 1742 году дал название роду «цинхона» по имени жены вице-короля Перу графини Луисы Цинхоне или Чинчон, которая в 1638 году заболела лихорадкой и по преданию была исцелена с помощью коры хинного дерева. Кору ей принесла служанка из племени инков. И графиня стала первым европейцем, вылечившимся от малярии хинным деревом.

С лёгкой руки графини его стали использовать и другие европейцы, которые стали называть его «порошок графини». Индейцы же называли хинное дерево Ква-хукку, что переводится, как «дерево лихорадочной дрожи», кору дерева называли кина-кина – «кора всех кор», европейцы же стали называть кору кинкиной и хиной, а дерево хинным.

История имеет печальное продолжение: малярией заболел и муж графини Луис Цинхон. В 1641 году он вернулся в Испанию, привезя с собой партию коры «кина-кина». Но европейские врачи по какой-то причине не смогли сделать из неё лекарство, и Цинхон умер от малярии.

В детстве мама рассказывала мне, что когда она сама была маленькой девочкой, её лечили порошком хины. Правда, было это ещё до войны. Мама говорила, что лекарства было очень горьким. Не зря в народе стали говорить – горький, как хина.

Несмотря на то, что колонизаторы наводнили континент, индейцы долгое время не открывали им секрет хинного дерева.

Французский учёный математик Де ла Кондамин, который был одним из первых исследователей хинного дерева услышал от аборигенов легенду о том, что однажды люди увидели, как пумы, заболев малярией, пили воду из луж с упавшими в них хинными деревьями и выздоравливали. Несмотря на то, что кошачьи не болеют малярией, а хинное дерево не растёт там, где живут пумы, легенда осталась.

Экспедиция Кондамина, направленного в 1735 году в Кито измерить дугу меридиана вместе с Антонио де Ульоа, П. Бугером и ботаником Жозефом де Жусьеном изучила и описала хинное дерево из долины Лоха.

Молодой ботаник Жозеф де Жусьен остался в Южной Америке, чтобы лучше изучить хинное дерево. На изучение ушло много лет. Учёному удалось установить, что дерево растёт одиночно на труднодоступных скалистых склонах Анд, на высоте 2500-3000 мм над уровнем моря. Жозеф де Жусьен выяснил, что существуют белая, красная, жёлтая и серая цинхона.

После 17 лет кропотливого научного труда, Жюссьё решил вернуться на родину с собранными научными данными.

Но перед отъездом на родину вместе со всеми материалами исследований пропал слуга ботаника. Учёный не выдержал такого краха всей своей научной деятельности. Сошёл с ума и умер. А ценнейшие материалы, собранные им так и не были обнаружены.

Первое описание хины дал испанский историк-натуралист, иезуитский миссионер и писатель Бернабе Кобо. В 1632 году он первым привёз её в Европу.

В 1848 году французский натуралист Ж. Веддель узнал, что первыми о целительной силе хинного дерева узнали индейцы, жившие в деревне Малакатос. Поначалу люди, лечась корой кина-кина от перемежающихся лихорадок, пили воду из луж, в которых лежали ветки и стволы хинного дерева. Потом они стали делать настой из коры.

Много позднее выяснилось, что целебными свойствами обладают далеко не все деревья из семейства мареновых. Наиболее целебна цинхона красноватая.

Хинное дерево красноватое, или цинхона красноватая – Cinchona succirubra Pavon – вечнозеленое дерево из семейства мареновых.


У дерева прямой высокий до 15-20, иногда 25 метров высотой ствол, толщиной до метра. Красноватый цвет имеет кора только на молодых деревьях, на старых она серовато-бурая. Густая крона хинного дерева напоминает по форме шар и имеет розоватый оттенок, который дают ей ярко-красные молодые, только что развернувшиеся из почек, листья.

Взрослые блестящие крупные до полуметра в длину листья хинного дерева находятся на черешках. Форма листьев может быть разной – в виде продолговатого эллипсиса, яйца, может быть округлой, морщинисто-волнистой.


Душистые обоеполые цветки бело-жёлтого, розового и красного цвета собраны в соцветия – широкопирамидальные метёлки, похожие на гроздья сирени, только крупнее. Опыление у цветков перекрёстное.


Плоды яйцевидные или продолговатые двугнёздные коробочки буровато-коричневой окраски. Коробочки заострены с обеих сторон. В каждом гнезде до 23-х светло-коричневых крылатых семян. По свету семена разносит ветер.

Родиной хинного дерева являются тропические леса Южной Америки, Боливия, Колумбия, Эквадор, северная часть Перу.

В культуре разводят два вида хинного дерева: цинхона красносоковую и цинхону Леджера, которые накапливают большое количество алкалоидов. Всего их около 30 и хинин один из них.


Выращивают хинное дерево в Восточной Африке, на островах Ява, Шри-Ланка, Мадагаскар.

Спрос на кору хинного дерева всегда был большим.

Сама по себе малярия известна с античных времён, её описание есть у Гиппократа. Страдали от этой болезни в основном жители жарких стран с влажным климатом. Но особенно опасной малярии была для переселившихся в тропики европейцев, организм которых был не приспособлен к жаркому влажному климату.

Индейцы хранили тайну хинного дерева. Но, однажды, опять же по легенде, перуанская девушка страстно влюбилась в испанца. А когда возлюбленный заболел малярией и должен был вот-вот скончаться от болезни, девушка не выдержала и спасла его, несмотря на то, что на неё мог обрушиться гнев всего племени.

Испанец оказался неблагодарным человеком, выздоровев, он продал тайну хинного дерева одному из миссионеров-иезуитов. Иезуиты какое-то время хранили тайну.

В 1640 году привезя кору цинхоны в Европу, иезуиты, получив благословение от папы римского, объявили хину «святым порошком» и стали обогащаться, торгуя новым лекарством.

Но лечение не всегда оказывалось успешным и многие врачи того времени были разочарованы.
Неудачи происходили оттого, что, как уже было сказано ранее, далеко не все растения из этого рода были целебными. Плюс к тому алкалоиды могли разрушаться при неправильной транспортировке и хранении.

К тому же процветала фальсификация. Нередко за кору хины выдавали кору ивы.

Помощник аптекаря в британском графстве Эссекс Роберт Тэлбот заявил, что он создал лекарство, исцеляющее от малярии и был приглашён к заболевшему королю Карлу II Стюарту. Тэлботу удалось поставить короля на ноги за две недели. Известно, что он давал королю лекарство по 1 ст. ложке каждые три часа.

Тэлбота пригласили в Париж, где он вылечил нескольких аристократов. Людовик XIV выкупил секрет целебного средства, заплатив Тэлботу 40 тыс. луидоров, дал ему дворянство и монопольное право на производство лекарства в течение 10 лет. Придворные врачи изумились и испытали чувство негодования, когда узнали, что чудесное средство не что иное, как известный им иезуитский порошок, растворённый в вине.

Вскоре кора хинного дерева была признана официальным лекарством и вошла во все европейские фармакопеи.

В начале XIX века из вице-королевства Новой Гранады, ныне Колумбия изучать хинное дерево отправилась группа молодых учёных ботаников. Ими были составлено подробное ботаническое описание, начерчены карты, сделаны рисунки. Но в дело вмешалась освободительная война народов Колумбии против испанцев. Ботаники стали сражаться на стороне повстанцев. В 1816 году все они вместе с руководителем Франциско Хозе де Кальда были схвачены королевскими войсками и казнены.

Учёные беспокоились только о своих трудах и просили дать им время для того, чтобы закончить почти готовую монографию о хинном дереве. Но, увы, учёных казнили, а их научные труды были отправлены в Мадрид, где и потерялись. О том, что работа была значительной, говорит то, что это была многотомная рукопись с 5190 иллюстрациями и 711 картами.

Пока учёные исследовали, врачи делали настойку, растирали кору, заливали её вином и лечили, как умели.

В России хиной начали лечить при Петре I.

То, что целебность коре хинного дерева придаёт алкалоид, выяснил в начале XIX столетия, российский учёный Ф. И. Гизе в Харькове. Но его работа была практически неизвестна в Европе. В 1820 году алкалоид хинин удалось выделить французским химикам-фармацевтам Пельетье и Кавент. Это открытие высоко оценили европейские химики и врачи.

Лекарство, приготовленное из коры, было доступно только очень богатым людям. Аптекари взвешивали его на аптекарских весах, чтобы не потерять ни грамма. На курс лечения в среднем требовалось 120 г.

Коры требовалось всё больше, и хинное дерево оказалось на грани исчезновения, потому что часто просто варварски истреблялось. Деревья рубили и сдирали с них кору. К середине XIX века правительства Перу и Боливии осознало всю опасность, и стало препятствовать вывозу семян и саженцев, чтобы не потерять монополию на изготовление хины.

Тайком вывезти немного семян хинного дерева удалось в 1840 году французскому ботанику Ведделю, который и разослал семена в ботанические сады Европы.

Индеец Мануэль Малини помог собрать и вывести в Европу семена хинного дерева ботанику Леджеру, который прожил 30 лет в Южной Америке. Затем один из видов хинного дерева был назван в честь ботаника Леджера.

К счастью нашлись люди, которые положили начало культивированию хинного дерева. И в современном мире заготовки сырья ведутся на культурных плантациях.

О плантациях хинного дерева на острове Ява можно почитать в книге русского ботаника А. Н. Краснова «Под тропиками Азии»: «Как известно, на Яве лучше, чем где-либо привилась культура хинного дерева, и теперь уже не Анды Южной Америки, а восток Азии является главным поставщиком этого драгоценного лекарства… На дереве делалось вдоль всего ствола два надреза. С половины дерева сдиралась кора, другая половина ствола оставалась нетронутою и пораненные части осторожно обматывались мхом. Через год, когда на ободранной части образовывался молодой корковый слой, обдиралась другая половина и точно так же обертывалась мхом… Многие хинные плантации занимают сотни десятин. Это громадные леса, покрывающие собою целые склоны гор».

Хотя в Америке всё ещё ведутся заготовки в лесах.

Николай Иванович Вавилов привёз пакет с семенами хинного дерева из Перу в Сухуми. Хинное дерево пытались культивировать в районе Батуми, но в холодные зимы деревья вымерзали. Поэтому сейчас у нас хинное дерево выращивают только в оранжереях и ботанических садах.

С развитием синтетического производства алкалоидов культура хинного дерева сократилась во всём мире.

После Великой Октябрьской социалистической революции империалисты объявили блокаду Советской республике. Не допускался в страну и ввоз хинина. Нехватка этого лекарства вызвала вспышку малярии.

Перед советскими учёными встала задача преодоления эпидемии. Начали осушать болота, дезинфицировать пруды, озёра, реки, уничтожая личинки комаров.
Учёные-химики, опирались на открытие великого русского химика А. М. Бутлерова, создали синтетические препараты, заменившие хинин растительного происхождения. В 1925 году был получен первый противомалярийный препарат – плазмохинин. Вслед за ним синтезировали плазмоцид, который обладал особенно ценным свойством: больной, лечившийся этим препаратом, переставал быть опасным для окружающих и уже не мог передавать им инфекцию при посредстве малярийного комара. И наконец, был создан эффективный синтетический препарат – акрихин, который свёл на нет потребность страны в дорогостоящем хинине. Малярия в Советском Союзе была побеждена.

Кора хинного дерева кроме алкалоидов содержит хинин, хинидин, цинхонин и цинхонидин, содержит горькие гликозиды и дубильные вещества. Хинин, хинидин, горечь усиливают секрецию пищеварительных желез. Хинную настойку принимают для улучшения пищеварения и аппетита. Хинин и хининдин нередко входят в состав противовирусных препаратов.

При лечении малярии хину принимают по 1 порошку утром, на восходе солнца, в течение 5 дней. Затем перерыв 2 дня и снова принимать 2 дня подряд на восходе солнца. После приёма лекарства обязателен сон.
Лечение длится 10 дней.

В народной медицине кору хинного дерева используют при расстройствах желудка, для лечения инфекций, простуды, лихорадки; при коклюше, бронхите, невралгиях, мигренях; от венозного расширения вен, люмбаго, мерцании предсердий, тахикардии, при лечении радикулита и даже онкологии. Хинное дерево используют в гомеопатии.

Отец основатель этой науки немецкий врач Ганеман в процессе использования хинного дерева пришёл к выводу, что взятое в малых дозах лекарство вызывало симптомы той болезни, которую в больших дозах излечивало.

В официальной медицине существует достаточно много лекарственных препаратов на основе хины. Все их назначает врач.

Существует довольно много противопоказаний для лечения хиной.

Ни в коем случае нельзя применять хинин беременным. Людям, страдающим от недостаточности кровообращения, при воспалительных процессах. Приём хины может вызвать головокружение, маточное кровотечение, бессонницу, сыпь на коже.

Хинный экстракт используют в косметологии, добавляя его в шампуни, бальзамы. Кора хины избавляет от перхоти, стимулирует рост волос, делает волосы мягкими, шелковистыми, блестящими.

Маги считают, что кусочек коры хинного дерева, запрятанный у порога или просто в прихожей защищает дом и домочадцев от всего недоброго, привлекает здоровье и гармонию.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть